В течение всего детства преследовало ощущение того, что я нахожусь не в своем теле, смотрю на себя со стороны. Удивляло то, что я – это я. Значительно позже узнала, что это ощущение называется диссоциацией, и оно возникает при сильных психологических травмах.

В детский сад не ходила, потому что необходимость таскать меня туда напрягала маму.

Одним из первых воспоминаний (в районе 5 лет) было то, как отец и мать дерутся. Он пьян, пытается наглотаться каких-то таблеток, она их отнимает. Я стою, бессильная что-либо сделать.

Когда мне пора было начинать готовиться к школе, мать попадает в больницу из-за передозировки антидепрессантов. Я остаюсь оставленной на произвол судьбы.

В первом классе остаюсь на второй год, тупо не могу сидеть на уроках, встаю и ухожу, когда мне захочется. Добрые соседи предлагают отдать меня в интернат для умственно отсталых детей. Мать собирается, как-то меня готовит, и со второй попытки я иду в школу нормально, учусь без посторонней помощи со второго класса и до конца школы.

Пожалуй, пьянство отца, по итогу, и привело к тому, к чему привело. На пару с братом мы видели и ощущали на себе, насколько неадекватным он становится, когда пьян, и раздражительным, когда трезвый. Побои по отношению к жене и детям, причем, брату досталось гораздо больше, меня мать еще хоть как-то защищала.

Вплоть до заведения на отца дела в тот момент, когда примерно в 12 лет он мне дал сильную пощечину.
Следователи как-то пытались оправдать его, мол, не было ли провинности за тобой, ребенок: немытая посуда, какое-то грубое обращение…

Я не помню, чем могла спровоцировать его. Однако сама получила по лицу, а телефонная трубка разлетелась на мелкие осколки, когда он кинул ее об пол.

Возможно, моя психика разлетелась вместе с ней. По моим ощущениям, именно в этом возрасте я перестала чувствовать.

Сжимается мир до размеров точки,
Сердце заключено в грудной клетке.
Я перестала чувствовать, между прочим:
Это в чем-то подобно черной метке.

Горечь ни за что убежать не сможет,
Ни со слезами, ни сердцем из груди.
Если рядом со мной, что-то гложет,
Понять не пытаясь, просто уходи. (с) мое личное (Aeiri_aka_Ari_Air)

С тех пор люди своей эмоциональностью меня бесят. Мягко говоря.

Я отказываюсь от каких-либо детских радостей. Книги, мечты, учеба, эзотерика. Алкоголизм отца, который сам по себе изолировал семью от общения с внешним миром, дополняется странным отношением ко мне матери.

Привычка стричь меня под мальчика до пятого класса включительно (те же 12 лет), какие-то либо обноски либо, если новые, то постоянно грязные вещи и при этом постоянные слова о том, что она меня любит, что родила меня не от алкоголика, с которым живет, а от коллеги по работе, с которым встречалась около девяти лет. Мол, вот я забеременела, он спрашивал, не хочу ли я сделать аборт, ха-ха-ха, такой милый момент. Но я ж аборты никогда не делала, и в это раз тоже…

С.ка. Лучше бы ты тогда послушала своего любовника. Потому что остаться потом с двумя детьми в одной квартире с лютым алкашом, и при этом возможность разъехаться была…

В общем, я старалась заниматься своими делами. Учила уроки очень часто не в комнате (своего учебного места не было), а на кухне: там было спокойнее, особенно, когда уже выросший брат начал водить сабантуи к нам домой. От попоек не останавливало ничего: ни то, что у меня завтра написание экзамена по русскому языку, ни то, что соседи возмущались всем домом…

До армии брат был спокойным парнем. Хотя мы и цапались периодически так, что вопли стояли на весь район. Ну а там – вторая чеченская компания в качестве сверхсрочной службы, надлом в психике был закреплен. Саша вернулся крайне неуправляемым и жестоким. Начал по нарастающей пить. Вымещал свою агрессию в основном на матери и на отце.

Закончилось все только через 13 лет, когда в бытовом конфликте брат неудачно взмахнул ножом, задел отцу сердце, и того через две недели не стало. Сашу осудили на 7 лет лишения свободы по статье 111 часть 4, дали минимально возможный срок ввиду того, что до этого судимостей не было, и он ветеран боевых действий.

Но это все еще в будущем. Ну а пока – я подросток с кристально холодной душой, высокомерный и саркастичный, несмотря на издевки со стороны одноклассников. Издевки издевками, в конце концов, начало получаться ладить, а я делала свое дело. Отлично училась, получила свою «золотую медаль» в школе и поступила на бюджет в университете.

Правда, в технический ВУЗ вместо медицинского. Потому что мама пренебрежительно отзывалась о профессии врача, и я реально оценила, что даже при поступлении на бюджет деньги в престижном заведении придется отлистывать на каждом шагу…

Детство закончилось в 18 лет. Сначала я встретила паренька из «золотой молодежи», с которым был первый интим (еще не полноценный секс), а потом и будущего мужа, к которому сбежала жить от своей семьи. Первое знакомство и с тем, и с тем было неудачным, я страдала не от любви, как сейчас понимаю, а от адреналиновой зависимости в адрес недоступных эмоционально людей.

Мать читала мои стихи в тетрадке, смеялась над ними. И все же, криво ли, косо, я начала строить свою жизнь. И думала, что умею чувствовать и не отличаюсь в этом от других людей. Кто-то очень сильно ошибался, и понял это только в замечательные 32 года. Найдя ту самую книгу, изменившую, наконец, мою жизнь (Эндрю Нортон, «Женщины, которые любят слишком сильно»), пришла в ВДА.

Начав учиться на психолога, стала проходить двенадцатишаговую программу ВДА по так называемой Желтой тетради и прекратила, наконец, череду деструктивных отношений. Со-зависимость от мужчин и других людей, которых я считала близкими, перестала держать в плену мой рассудок.

И тут сначала первая книга Тани Танк, которую начала перечитывать по второму кругу, резко резанула в плане описания нарциссов, потом вебинары замечательного патопсихолога Алексея Мосина по со-зависимости масла в огонь подлили, что, вообще-то, со-зависимым свойственен нарциссизм, а тут еще и диаграмма на глаза попалась…

И

Добила вторая аудиокнига Тани Танк. Здесь уже оставалось только поднять глаза на зеркало, криво улыбнуться и сказать себе: «Ну привет, нарц… Я скучала по тебе, мое настоящее «я», вернее, его осколки».

За эти 14 лет, что пыталась строить отношения, повезло вляпаться и в абьюзера (бывший муж), и в пограничника, и в перверзного нарцисса, и в параноида. Вишенкой на торте стал шизоид, который доломал мое желание строить какие-либо отношения. Ну и черт бы с ними, есть, чем заняться.

Замечательная дочь, с воспитанием которой помогали и помогают родители бывшего мужа, потому что своим после развода поручить что-либо, касающееся ребенка, было бы самоубийством. Несмотря на превратности жизни, у нас неплохие отношения, я горжусь своей деткой и надеюсь на то, что она будет счастлива в своей жизни. Детство у нее явно лучше.

Работа ведущим инженером в коммерческой организации.

Обучение на клинического (кризисного) психолога.

И, конечно же, спорт. Единоборство, придя в которое, забросила BDSM (и так боли хватает, и на свою голову, и причинять другим приходится). Я, инструктор своего стиля в родном городе и серебряный призер Чемпионата России-2018, и мой личный аквариум с пираньями, моими учениками, полноценными бойцами нашего стиля и начинающими, а также бесконечно идеализируемый мной тренер, москвич родом из моего города. Отец и старший брат в одном лице. Один из тех людей, которые меня принимают, не смотря ни на что.

Так что жизнь кипит. Я ничего не чувствую, но и не скучаю. У людей не надо отнимать ресурсы какими-то манипуляциями, они делятся сами. И я сама делаю что-то полезное для них. Мне не то чтобы всегда ох.енно, только недавно вылезла из сильной депрессии, но, в общем-то, неплохо. Возможно, в следующей жизни что-то будет по-другому. А пока работай, нарц.