К содержимому | К меню | В поиск
среда, апреля 24 2019
Кем ttank в среда, апреля 24 2019, 10:34 - Истории читателей
Героиня сегодняшней истории вышла замуж за "идеального мужчину" и родила троих детей. А недавно выяснилось, что "идеальный" долгие годы вел параллельную жизнь...
понедельник, мая 21 2018
Кем ttank в понедельник, мая 21 2018, 12:42 - Истории читателей
Очень интересная и познавательная история от человека, называющего себя нарциссом.
Еще тут показательно, как ребенок - нарцисс инвертированный - входит в силу и становится агрессором-"активом".
четверг, июня 8 2017
Кем ttank в четверг, июня 8 2017, 11:53
Завершаю публикацию ответов Сэма Вакнина на ваши вопросы. Да, вопросов было гораздо больше, но сами понимаете, что за человек наш эксперт... За перевод благодарю Елену Капшутарь.
вторник, мая 16 2017
Кем ttank в вторник, мая 16 2017, 17:49 - Истории читателей
Эта история еще раз напоминает о том, какими втройне осторожными мы должны быть в тяжелые периоды нашей жизни. Будьте особенно внимательны к предложениям помощи и всякого рода "решателям проблем" и "утешителям" - велик риск попасть в оборот к самым настоящим стервятникам. Годичный ад сегодняшней героини начался с похода на мутное собеседование...
пятница, мая 12 2017
Кем ttank в пятница, мая 12 2017, 17:44
Сэм Вакнин, автор книги "Злокачественная самовлюбленность: нарциссизм пересмотренный", продолжает отвечать на ваши вопросы. За перевод этой статьи благодарю Максима Лощилова.
среда, мая 3 2017
Кем ttank в среда, мая 3 2017, 17:32 - Истории читателей
Чудовище родилось в обычной советской семье. Отец чудовища - моряк, мать — художница по ткани. Всего в семье было три ребенка, все мальчики, чудовище - старший из них. Отец пил периодически, мог треснуть за хулиганство, но если он пил или бил детей, он получал от жены таких люлей, что вскоре перестал это делать.
Мать чудовища любила своих детей и меня тоже. Дедушка кормил меня оладьями и пирогами, ничего плохого я от него не видела, от бабушки осталось только одно воспоминание.
Лето, я сижу рисую корабль и отец сказал, что он некрасивый и стал ржать, меня это разозлило и я схватила швабру и стала тыкать в него и говорить «иди палубу драй» - это из рассказов дедушки о жизни на судне. Бабушка смеялась, отец бесился и она сказала «это она еще маленькая, а подрастет еще - получишь». А потом бабушка умерла. Еще один трос порвался.
Братья чудовища - успешные люди, один брокер, другой научный работник, у них есть свои дети, это все, что мне известно об их жизни.
Они тщательно оберегали своих детей и жен от чудовища, поэтому не сообщали, где они находятся. Однажды они меня искали. Я уже выхватила у матери трубку, но она меня оттолкнула. Мать сказала, что ее разозлило то, что дядя Ильнур сказал: «Я не хочу ничего знать про Родиона, я хочу слышать Кристину». Откуда он звонил, где он был, почему, этого я не знаю и уже не узнаю.
Тогда я поняла, что мама сама страдает и вероятно хочет, чтобы мне ну ни в коем случае не было хорошо. Дядя Ильнур рассказывал мне, что Родион любил избивать их с братом, когда они были маленькими. У Ильнура были тики, а у Ильмира энурез.
Чудовище всегда выглядело как красный молодец. Высокий, накаченный кареглазый брюнет с хорошим чувством юмора на людях, иногда правда перегибающий палку под действием алкоголя, но с кем не бывает. Любил читать Ницше и Фрейда, подчеркивал в книге все цитаты, унижающие женщин. Когда я в старшей школе принесла одну из этих книжек на урок, учительница пролистала мою книжку и сказала «кого-то зациклило», я сказала, что это книга не моя. Это кажется единственное в чем он прокололся.
Никто не знал, что творится у нас дома, а те, кто узнавал - не верили, со временем я перестала говорить об этом со взрослыми. Я нашла себе друга в шесть лет, у него дома был кошмар и мы поддерживали друг друга, но об этом позже.
О том, что происходило у нас дома, трудно было кому-либо говорить еще и потому, что Радик действовал очень изощренно и у него всегда для окружающих был сияющий фейс. Боялись его только дети и некоторые взрослые.
Вот что он делал:
- физическое и сексуальное насилие.
1. Однажды я после школы зашла к дедушке поесть оладушек, и когда я их ела, внезапно ворвался отец и ударил со всей силы сперва меня, потом дедушку (своего отца). Я не знаю, что было бы, если бы в квартире не оказался младший брат отца, дядя Ильнур. Он схватил его и стал кричать, чтобы он прекратил. Когда чудище успокоилось, оказалось, что оно приревновало меня к дедушке(!).
Ильнур сказал, что если еще раз увидит подобное, сразу же сообщит куда надо и меня у отца отберут. Больше на людях отец не позволял себе такого.
На самом же деле он просто хотел изолировать меня от окружения, которое могло бы мне помочь. Когда мы шли домой, он говорил мне, что если еще раз пойду к дедушке и к Ильнуру, он убьет маму. И так серьезно спросил меня «ты же не хочешь, чтобы я убил маму?» Я ответила, что не хочу и действительно больше не ходила к дедушке. Дедушка и дяди пытались приходить к нам, но отец запрещал открывать им дверь и со временем они перестали.
2. Всю младшую школу он «объяснял мне математику». Он садился делать со мной уроки и если с первого раза я неправильно отвечала, он начинал меня бить. Cперва по спине, потом уже и по голове и больно щипался. Когда я говорила об этом маме, он выплывал на кухню с сияющим лицом «ой она все придумывает, ну прикрикнул чуток». Но вскоре меня стало трясти, это заметили в школе и сказали матери на родительском собрании. Как только учительница повышала голос и подходила ко мне, я закрывала голову руками и тряслась.
Мать пришла после собрания злая и стала кричать на чудище. После этого у меня появился репетитор по математике и это казалось мне раем.
3. Ему нравилось пугать меня и мать. Он мог взять ремень или скакалку, сложить вдвое, подойти, сеть напротив и , поймав взгляд, и со всей силы хлестануть ремнем воздух возле глаз. Это вселяло в меня ужас, я цепенела от страха, и он это знал и чувствовал.
Он также знал, что мать боится физической агрессии и во время ссоры он хватал ее за запястье и наслаждался страхом в ее глазах. Однажды он чуть не сломал ей руку так. Он мог толкнуть ее c такой силой, что она получала травмы. Однажды он толкнул ее с лестницы. В травматологии говорил, что он «пошутить решил», действительно, гипс на месяц - это же так смешно. Он получал удовольствие от беспомощности матери, пока она болела, он все время был в приподнятом настроении.
4. Когда мне было семь, он сломал мне палец. Я прыгала в гостиной через обруч и неудобно приземлилась, подвернула ногу и стала громко плакать, чем отвлекла его величество короля дивана от выпуска новостей, он вбежал в комнату со злющей рожей и стал орать «чо у тебя тут? Чо орешь-то?». Я показала ему ногу, пальцы были немного опухшие и красные, я очень зря это сделала, потому что он присел на корточки и дернул меня за палец, кажется я вырубилась от боли, обмороки - вообще мое спасение.
На вопросы матери он сказал, что «тупорылая бестолочь допрыгалась». Тем временем палец чернел, мать ходила причитала, но скорую не вызывала, потому что он ей сказал «приложи ей мочу, завтра в школу пойдет», мать сказала, что он ненормальный, но мочу приложила, это было унизительно.
Но хорошо, что их сон был здоров, я доползла до кухни и позвонила дедушке, кажется я сказала «деда, мне конец, приезжай». Потом я незаметно открыла замок сперва на нашей внутренней двери, а внешняя, общая с соседями дверь, была открыта.
Через какое-то время приехал дядя Ильмир и забрал меня, мы поехали в больницу. Я плакала и рассказала дяде и врачу правду, палец и вправду был словно выдернут, мне наложили гипс, дали таблетки и мы стали выходить. У двери стояли "красавица" и "чудовище", и я стала кричать «он сломал мне палец, это он сломал мне палец!» Вышел доктор и вежливо попросил моих родителей зайти.
Мы с Ильмиром отправились к дедушке и пока я болела, я жила у него, ко мне приходили одноклассники и было весело. После разговора с врачом чудище стало более осторожным в своих развлечениях и больше конечности мне не отрывало.
5. Он организовал дома кружок по каратэ и к нему ходили мальчишки. Деньги он не брал за это. Cквозь стеклянную дверь гостиной я видела как он их тренирует, это не было похоже на нормальную тренировку, он бил их слишком сильно и часто смеялся над ними.
Однажды он скрутил Павла и изнасиловал, потом Павел плакал у нас в ванной комнате, а я все ждала его. Он прокричал ему, мол, вот что с тобой будет в армии, если будешь таким рохлей. Когда Павел успокоился, я взяла его за руку и мы пошли в кафешку есть мороженое. К тому моменту, Родион меня уже насиловал, маму тоже и я сказала Павлу, что отец со всеми так делает и что он урод.
Думаю, что насилие ужасно тем, что оно вот такое будничное и человек совершенно беззащитен, потому что не чувствует, что в обществе может получить поддержку, потому что царящая культура изнасилования виноватит потерпевших, а не насильников, потому что это самый легкий путь решения проблемы — просто закрыть глаза. Ребенок, женщина, парень — никто из нас не пошел в милицию, никто из нас не был уверен, что там вообще об этом можно говорить.
Больше Павла я не видела. Но он был другом моего дяди Ильнура и рассказал ему. Был большой скандал и Ильнур плакал, нет - выл на ковре в моей комнате, а отец только ухмылялся. Ильнур уехал на Север, потому что не мог жить после такого рядом с Родионом (город маленький). Наверное он знал, что без него мне совсем край будет, потому что он простился со мной очень по-человечески. Несмотря на то, что я была маленькой, он общался со мной как с другом, мы пошли в парк и хорошо провели день, к вечеру он заплакал и обнимал меня долго. Это был хороший день, потому что я написала о нем в дневнике.
6. Он решил «сделать из меня человека». Он «учил меня приемам каратэ», на деле же он просто бил меня и заставлял бить в ответ. Он мог отбросить меня в другой конец комнаты и когда я плакала и говорила, что расскажу маме, то он только ржал в ответ «и что ты ей скажешь? что мы занимались каратэ?»
Но маме я говорила и говорила постоянно, показывала ей синяки. Она стабильно орала на него и уходила на работу, а меня ждал еще один ужасный день. Я надеялась, что со временем он выйдет на работу и это прекратиться наконец. Но он и не думал о работе, на все разговоры матери о трудоустройстве, он говорил, что «будет заниматься ребенком и домом, где ты еще такого мужика найдешь?»
Мать скептически к этому относилась, но приходя домой, она больше не видела пьяного мужа, она видела чистый ковер, обед на плите и думаю, смирилась c таким положением дел. Причем когда матери не было, чудище говорило, что у нас ненормальная семья, потому что это женщина должна ухаживать за мужем, а не наоборот, просто «мама у нас сука — карьеристка, что ж делать» и такую скорбную мину еще делал.
Cо временем, конечно же, он перестал все это делать, потому что «а чо ты уже выросла, что трудно матери что ли помочь?» Я как-то спросила его, а зачем он вообще нужен, он в расстроенных чувствах крикнул «я отец», оскорбился и устроил бойкот на неделю, счастливое было время, потому что на тот момент он меня задолбал своим Ницше и восточной философией.
- контроль
1. У меня была своя комната, но он совершенно спокойно мог зайти, сесть за комп или хранить вещи в моем шкафу. Я все свои деньги, дневник и пр. ценности всегда таскала с собой. Я была уверена, что он швыряется в моих вещах. Чем больше он не пил, тем злее он становился.
2. Он требовал от меня отчета о том, где я была и что я делала, в мельчайших подробностях.
3. С порога он спрашивал меня об оценках и одноклассницах(ках). Когда я отказывалась разговаривать с ним, он оскорблялся и уходил, но тогда вообще нельзя было расслабиться, потому что он уходил в гостиную и начинал бросаться вещами в стену, мог что-то разбить или начинал тихо разговаривать сам с собою, матерясь на меня.
На меня такое поведение наводило ужас и я решила сделать вид, что не против дружеского общения с отцом (а он именно так называл свои допросы). Сперва я и вправду рассказывала, что происходило в школе и с кем дружу, но со временем я стала более осторожной и врала ему, т. к. под маской хорошего отца он приглашал моих подруг в гости и втирался к ним в доверие, а они потом говорили «какой классный у тебя папа», я молчала и была напряжена.
Со временем выяснилось, что он пристал к двум моим подругам, больше подруг я не звала, а поскольку он продолжал контролировать мою жизнь, я cтала таскать домой знакомых парней и таких, которые понаглее. Отец со временем от нас отвалил, сказав, что у меня долбанутые друзья-гопники. Отца приводили в бешенство такие диалоги:
Родион: - Вас здороваться что ли не учили, молодой человек?
Приятель: — Неа.
Родион: - В армию-то собираешься?
Приятель: - А тебе-то что, дядя?
Родион: - А ты чего мне грубишь-то?
Приятель: - Чо ты такой прилипчивый, дядя, а?
Родион: - Кристина говорила, что ты еврей...
Приятель: — А у тебя чо, печка что ли есть?
Чудище било меня в любом случае, так что не сопротивляться не имело смысла. Это только так кажется, что чем тише сидишь, тем меньше тебя бить будут. После таких диалогов отец терял хотя бы чуть-чуть контроль над ситуацией. Важно, что парни, которые так с ним разговаривали, сами страдали от жестокого обращения дома и они были достаточно злы и отчаянны для такого поведения и к тому же понимали меня без слов. Это немного облегчало мне жизнь.
4. Он контролировал мой внешний вид. Он запрещал мне сделать прическу, которую я хотела, запрещал мне носить джинсы и цветные колготки. В подростковом возрасте я взбунтовалась.
У меня была подруга, которая с родителями уезжала за границу и раздавала свои вещи. Она составила из своих вещей мне классный гардероб и, заработав и накопив достаточно денег, я сделала себе карэ и купила красивые очки. Когда отец увидел меня, то пришел в бешенство и побил меня.
На следующий день я все равно оделась как мне нравится и почувствовала, что мое тело принадлежит мне. В школу я пришла с рассеченной губой и учительница вызвала маму и что-то говорила ей про сложности переходного возраста и «ну нельзя же так». Потом я еще не раз стриглась еще короче и он каждый день смеялся надо мной, а когда я плакала или орала на него в ответ он повторял свою любимую фразу «ты шуток не понимаешь».
5. Он контролировал мою личную жизнь и ненавидел человека любого пола, национальности и пр., которые встречались со мной, дарили цветы, общались и имели интимные отношения. Он смеялся над их подарками для меня, к примеру, мог выбросить цветы или часы, если я вдруг оставляла их дома, при этом он был подчеркнуто любезен со всеми этими людьми и со стороны я выглядела излишне напряженным параноиком, избегавшим общения с папой.
Все эти люди, по мнению чудища, «лишь хотят трахнуть» меня, а я наивная дура верю в их искренность и любовь.
Когда все же у меня случились первые серьезные отношения с девушкой и я была уже не в своем городе, в ответ на мой каминг-аут, он сказала и я это никогда не забуду, с такой ненавистью были сказаны эти ужасные мерзкие слова: «Ты просто садомазохистка и извращенка, я давно за тобой это заметил. У тебя просто не было мужика нормального».
Я ему ответила, что у меня-то были мужики нормальные, а «ты что на своем опыте проверял какой мужик нормальный, а какой нет, раз так хорошо разбираешься?» Хорошо, что я позволила себе так разговаривать, когда была от него за 2000 км, так как думаю, что он меня бы изнасиловал, будь я с ним в одной квартире, потому что…
6. Однажды друг моего отца увидел меня в компании девушки, мы прощались на вокзале и в порыве чувств она забыла об осторожности и поцеловала меня. Конечно это сообщили отцу, я пыталась отшутиться, мол, это был дружеский поцелуй, что лучшие подруги часто так делают, он вроде отстал, но сканировал меня страшными своими глазами каждый раз, когда я проходила мимо него, это вселяло в меня ужас.
На следующий день, он видимо решил меня «вылечить». Я стояла на кухне и варила гречневую кашу. Он незаметно подкрался ко мне и схватил меня за задницу, а потом стал лапать грудь. Я испугалась, но организм среагировал на угрозу. Мне удалось вывернуться, схватить кастрюлю и сперва ударить его ею по плечу, потом по голове и приложить дном к животу. Гречка естественно посыпалась на него, он орал и матерился на меня, махал руками, залепил мне по уху. Я убежала из дома к приятелю.Вечером позвонила мать и сказала, что папа «огорчен» мною.
Я рассказала то, что случилось и получила ответ «ты все преувеличиваешь» и «сама небось вертела жопой» и любимую фразу этой больной семейки «ОНЖИПАШУТИИИИЛ!!!!» Да пошла ты, мам.
- атмосфера инцеста
Это всегда было в воздухе. Он слишком беззастенчиво смотрел, слишком интимно обнимал, всего было слишком и одновременно с этим невозможно было сказать, а что собственно не так, ведь он вел себя так, как будто такое поведение единственное нормальное, что это у меня нет чувства юмора и это я не хочу “дружеских отношений с отцом».
Этот воздух инцеста выражался так например:
1. Ни в туалете, ни в ванной комнате не было на двери защелок. Это нужно было для того, чтобы, когда я моюсь можно было ввалиться под предлогом забывчивости чего-либо,и, когда я в смущении пряталась в мыльную, пену гаденько так хихикать и подмигивать. Он вообще часто мне подмигивал, мерзко улыбаясь.
2. Приняв ванную, он всегда выходил оттуда голый и медленно шел в гостиную, при этом часто останавливался возле моей комнаты и ему непременно нужно было что- нибудь спросить у меня. Обычно я отворачивалась и не разговаривала, тогда он фыркал и злился. Придя в гостиную обычно он в таком же виде разваливался на диване смотреть телевизор, потому что у него видите ли «солнечные ванны» и его коже «необходим кислород». Как-то мать жестко поговорила с ним на эту тему, тогда он стал легонечко так прикрывать полотенцем нижнюю часть туловища. Атмосферу дома это никак не изменило.
3. На мои дни рождения, подарив мне очередную ненужную дребедень, он норовил поцеловать меня в шею или за ухом. Мое отстранение воспринималось как великое оскорбление любящего отца
4. Он мог начать обсуждать со мной фигуру матери, когда ее не было дома и вообще, какая она в молодости была красивая, а теперь она никому не нужна. И даже в присутствии матери, он пытался обсуждать ее новую помаду или прическу со мной.
Когда в подростковом возрасте моя фигура стала меняться, он оценивающе смотрел на меня и отпускал мерзкие комментарии, вроде /упругая попка-/ или «какие у тебя красивые ноги». Таким же образом он оценивал внешность моих подруг. Женщины в его мире были лишь кусками мяса.
В дополнение к портрету:
- В детстве он пугал меня и моего двоюродного братика тем, что если мы будем плакать, то он продаст нас в рабство. Говорил он это с совершенно серьезным лицом.
- В его разговоре часто присутствовали мизогинные шуточки, а когда мы с матерью обижались, он говорил свое любимое «ну я же пошутил!». Вообще все жестокое для него было смешным.
- Он бил домашних животных. А иногда и убивал. Так он однажды в порыве злости избил мою кошку Марту, она забилась под ванную и вскоре умерла. Поскольку я часто ее тискала, он мне внушил, что в ее смерти виновата я.
Он вылил моих рыбок в унитаз, когда я опоздала к обеду. Для кошек у него была специальная деревянная палка и за любое непослушание он бил их. Часто животные жили только в моей комнате, а по квартире передвигались на полусогнутых ногах, чем ужасно веселили чудище.
- Он пытался приучить меня так обращаться с животными. Однажды Марта от постоянного жестокого обращения с ней напала на меня в присутствии чудовища, тогда он дал мне палку, и пытался заставить бить кошку. Я плакала и отказывалась. Доведя меня до истерики, он закрыл нас с кошкой в темной ванной. Он часто так делал. Для этих целей даже специально был установлен шпингалет с внешней стороны двери.
- Когда я или мать болели, он до последнего называл нас нытиками и говорил, что мы все преувеличиваем. Так, мать однажды слегла с тяжелым бронхитом, а я с обострением грыжи в животе пошла в школу. Нас часто увозила скорая. Когда мы болели он расцветал и называл нас дохликами.
При этом, когда он простужался, мы должны были ходить на цыпочках, ни в коем случае не беспокоить его. Простуду он лечил различными спиртовыми настойками, та же водка, только с травами.
- Каждую весну у него была аллергия и каждую весну он упорно не обращался к врачу для облегчения симптомов. Таким образом он мог еще больше мучить нас, так как у него всегда под рукой было оправдание в виде болезни, ведь «аллергия делает человека раздражительным».
- Он не давал нам пить антибиотики в случае проблем со здоровьем. Почему? А потому что он выписывал всевозможные журналы типа «как вылечить лопухом 33 болезни». А еще он включал нам диск и там под красивую мелодию говорилось «мои легкие здоровы, я посылаю энергию своим легким». Естественно это нам не помогало. Естественно, по его мнению мы просто делали все неправильно,т.к. (привет логика!), оказывается на самом деле нам нравится болеть и мы просто не хотим выздоравливать.
- Он периодически куда-то пропадал и на вопросы где он был начинал на нас орать, мол не наше это дело.
- Несколько раз он в бешенстве врывался в мою комнату и начинал орать на меня. Чудище смотрело на меня своими разьяренными глазами и оскорбляло. Обычно он называл меня «никто», «ничтожество» и что ему «насрать» на меня или что от меня одни проблемы. Первый раз такое случилось, когда я просила у матери деньги на художественную литературу, в другой раз мне требовалась платная консультация у врача. Этих эпизодов было больше, но сильно меня испугали эти два случая.
- Несмотря на то, что он много лет «был в завязке», он несколько раз тайком напивался. Обычно это происходило в значимые периоды жизни, например когда мы переезжали или когда мать получила повышение. В первом случае вместо того, чтобы грузить вещи, он пьяной обоссаной тушей валялся в полупустой квартире и мне пришлось позвать своих приятелей, чтобы помочь перетащить вещи, а матери пришлось звонить своему другу, чтобы перевезти тушу. Было очень стыдно.
Во втором случае он выпил вина и стал приставать ко мне при матери, я его сильно толкнула, он грохнулся на кровать и уснул.
“Теперь ты мне веришь?» - спросила я мать. Она продолжила сидеть в каком-то ступоре, глядя перед собой в пустоту.
- Он часто любил повторять, что дал мне жизнь и свободу и обижался, когда я не признавала его всемогущество.
- Он запрещал нам есть, а если мы объедались в гостях, он заставлял нас вызывать искуственную рвоту, что привело к расстройству пищевого поведения у меня и матери. Нельзя было есть жирное, жареное, печеное, мучное, сладкое.
- Построить свою жизнь так, чтобы как можно меньше бывать дома. В итоге я помимо общеобразовательной школы, закончила еще две. Это расширяло кругозор, давало хоть какое-то чувство стабильности и безопасности и помогало развеять постоянный тягучий страх и тяжелые мысли.
В музыкалке на уроках музлитры мы слушали произведения на проигрывателе и там я могла плакать, правда некоторые дети смеялись надо мной, но в целом я просто считалась чувствительной девочкой и никому и в голову не пришло запрещать мне плакать или требовать объяснения по этому поводу. К тому же вдохновляющая музыка помогала мне не падать духом.
В спортивной школе я выражала накопленный гнев и успокаивалась. Я занималась большим и настольным теннисом. Стук мяча меня успокаивал, тело стало более выносливым. К тому же победы и поражения на соревнованиях научили меня никогда не сдаваться и до последнего сохранять присутствие духа.
- Я искала значимых взрослых. Перед тем как найти одного такого взрослого, мне пришлось познакомиться с десятком таких, которых к детям пускать вообще не рекомендуется, но все же я нашла такого человека. Им стал мой тренер. Наученная горьким опытом, я уже не доверяла взрослым, но тренер никогда не лез мне в душу, он просто подружился со мной.
В нашу секцию часто ходили подростки из проблемных семей. Я себя там чувствовала как дома. Тренер старался сделать атмосферу занятий праздничной. Мы часто пили чай после тренировок и он рассказывал нам смешные истории из своей жизни. Он вселял нам веру в себя. Никогда не кричал, не «учил жизни», не считал кого-то потерянным человеком, если кто-то начинал употреблять наркотики. К нему всегда можно было прийти в тренерскую посидеть, поговорить или помолчать. Район был небезопасный и зимой вечером он провожал меня.
Я ни разу ему не сказала, что происходит у меня дома, но было такое ощущение, что он все знал про меня и про ребят. Интересно, что у тренера не было педагогического образования, он рано остался сиротой и вырос в детском доме.
- Ребята из проблемных семей. В шесть лет я познакомилась с мальчиком Лешей. И поняла, что не одинока и что моя детская жизнь не уникальна. Папа Леши оставил его с мамой. Его мама бы наркозависимой проституткой, а еще у него был маленький братик и бабушка. Однажды мама оставила его.
Наше знакомство началось с драки, потому что я ходила за ним как хвостик и всячески нарушала его границы, мне было очень любопытно как он живет, он мне напоминал Гека Фина. Вскоре мы подружились. Поскольку мы были постоянно голодные, мы ходили в заброшенные сады и собирали яблоки и вишню, иногда продавали их и покупали булочки и шоколад. Это был очень сильный человечек, с ним мне было спокойно.
Помню, он однажды радостно мне сказал «мать исчезла», я не понимала, почему он радуется. Мы пошли к нему домой и он затеял «уборку века». В квартире пахло мочой и калом, плакал малыш, спала бабушка. Мы убирались целый день, а потом он сказал «мы справимся» и я ему поверила. Потом мы ходили в одну секцию и вместе ездили на соревнования. Это именно он сказал мне, что мой отец педофил, потому что Лешу тоже насиловали мужчины. И это именно его чудовище почему-то побаивалось. Когда я стала совершеннолетней и бежала из дома и города, он был единственным человеком, который знал об этом. Прощаясь, мы плакали, мы знали, что я скорее всего не вернусь и надеялись на это, но плакали мы не только из-за этого. “Мы выросли, Кристин. Мы справились.”.
Кроме Леши, был Вовчик в вечных синяках, Раиль с задержкой развития, Артур со словами из сплошного мата, Ника из глухой деревни, где ее нашел и забрал в город тренер, чтобы она могла учиться, Айсылу с агрессией и флэшбэками. Все они позволяли мне не чувствовать себя одинокой и беспомощной из-за насилия. У меня были и другие друзья, но именно Леша и ребята волновались, если я не приходила на тренировку и могли завалиться ко мне домой, не обращая внимание на чудище. У них словно был иммунитет от чудовищ и их смелость передалась и мне.
- Я вышла на работу в 14 лет. Мать помогла мне устроиться уборщицей в мэрию. Меня конечно обманывали и платили меньше, чем должны были, но я стала чувствовать себя свободнее. Я смогла покупать книжки, хорошие прокладки и мороженное. Благодаря этой работе и помощи тренера, я смогла оплачивать учебу в гимназии, в которой учились в основном хорошо обеспеченные дети.
- Учеба в гимназии. Там было очень много хороших учителей, которые любили свою работу, плохие тоже были, но это было скорее исключение. Я считала это место своим домом. Нас окружали красивые стены, хорошие книги и фильмы, мы бесплатно ходили в тренажерный зал и бассейн и что очень важно в моем случае — нас там кормили и притом вкусно и можно было взять добавку.
- Не рассказывать о своих настоящих планах. У меня такое ощущение, что я к побегу из дома готовилась с самого рождения. Но они не должны были почувствовать, что я сбегу, иначе мне и ночевать было бы негде и теплые ботинки мне никто бы не купил.
- Приход к феминизму. Знакомство с феминистской матчастью и феминистками позволило осознать системность насилия, а опыт сестринства дает мне надежду и силы, меня вдохновляет история феминизма и в моем близком кругу только феминистки. Я считаю, что имею права не любить мужчин и не испытывать из-за этого осуждение общества, поскольку, когда я не люблю мужчин, я просто не имею с ними никаких важных дел, но когда мужчины не любят женщин, они делают страшные вещи, которые стали настолько обыденными, что даже никого не удивляют. Если бы мужчины не любили меня, так как я не люблю их, я была бы счастлива.
Я верю в феминизм и в то, что лишь объединившись вместе с другими женщинами, мы обретаем силу и исцеление.
- Также осознать и сбросить с себя навязанную мне родителями вину и начать восстанавливаться мне помогли такие книги:
«Барьеры» Г. Клауд, Д. Таунсенд
«Узники иной войны» М.Мюррей
«Только не говори маме» и «Когда вернется папа» Тони Магуайр
«Паранджа страха» Самия Шариф
«Мне 10 лет и я разведена» Али Нуджуд
«Бегущая с волками» Кларисса Пинкола Эстес
“Зачем он это делает» Ланди Банкрофт
«Бойся, я с тобой» Таня Танк.
Да пребудет с нами Сила!
Кем ttank в среда, мая 3 2017, 17:26 - Истории читателей
К 16-ти годам Аля решила, что у нее такой семьи никогда не будет, что лучше она будет строить карьеру и изредка встречаться с парнями, чем ошибется и будет жить с чудовищем. Это важный момент, поскольку существует мнение, будто бы дети алкоголиков или жертвы насилия бессознательно или осознанно (якобы ищут похожего на родителя персонажа), выбирают повторно переживать насилие.
Нет, не выбирают. Какого черта ей было выбирать страдания! Аля была потрясающе живуча и как она сама говорила «всего решила добиться сама!» Она в свои 16 хорошо писала, училась на пятерки, занималась акробатикой, лучше всех бегала стометровки в секции по легкой атлетике, в общем, это был на удивление сильный, цельный и талантливый человек.
И тут случился он. Мама рассказывала этот момент своей жизни смущенно улыбаясь, повторяя его вновь и вновь, словно это единственное, что у нее осталось.
Дело было в августе. Аля недавно вернулась из длительного похода по уральским горам уставшая, но довольная. Ее приятель позвонил ей и позвал на вечеринку-проводы в армию его лучшего друга. Недолго думая, Аля согласилась. Когда они пришли, вечеринка была в самом разгаре, Аля с Ильшатом сели за стол и Аля даже не сразу ЕГО заметила. Вскоре все пошли курить, мама не курила и поэтому осталась в комнате и он тоже.
Вот тут-то она заметила его. Он смотрел на нее немигающим взглядом с противоположного конца длинного стола и улыбался. Мама говорила, что в тот момент у нее мурашки пошли по спине и она подумала, что пропала (абсолютно верная мысль!), а потом, как она любила повторять «все было как во сне»
Он подсел к ней рядом, они познакомились и стали встречаться. Аля не могла поверить своему так неожиданно свалившемуся счастью. Они вместе бегали, ходили в походы, они вместе даже открыли подпольную секцию каратэ и что больше всего поражало Алю, он был нежен и не пил, но Аля не спешила.
Так продолжалось несколько лет. Ей было 18, ему 20, когда он ушел в армию, но и армия ничего не изменила, он писал стихами длинные письма о любви и ожидании встречи, о море, которое он видит каждый день и о собаке Оле. И действительно, вот он, сержант Родион, отличник боевой и политической подготовки, романтичный пограничник, примерный комсомолец, настоящий коммунист.
Эти письма мама аккуратно складывала в большую шкатулку и впоследствии, после эпизодов насилия открывала ее, читала и сперва плакала, но с годами сосредоточенно вглядывалась в слова, будто разгадывала какой-то шифр. Позже он будет смеяться над ней, над тем, что она верила его письмам, он расскажет нам со злобной усмешкой, что за банку сгущенки или другого лакомства писал солдатам любовные письма для других девушек.
Пока Родион был в армии, c афганской войны вернулся Алин друг Денис. Вернулся без физических увечий, но психически очень травмированный. Аля оказалась для него человеком, которая слушала и слушала его много дней и плакала вместе с ним. Рассказ Дениса очень напугал ее, она узнала и о советской «миссии» в Афганистане и о наркотиках, без которых просто невозможно было убивать.
Однажды она говорит Денису, что влюблена и показывает ему фото Родиона. Денис сказал, что он «позер» и «ненастоящий какой-то». Аля на него очень обиделась и сказала, что он просто ревнует, но Денис продолжал «он тебя обманет». Ревновал ли Денис Алю или действительно почувствовал лживость Родиона - неизвестно, но он перестал быть Алиным другом.
Cперва он приходил, но Аля не хотела с ним разговаривать, и бабушка извинялась за дочь, приглашала его пить чай, вздыхала «она перебесится», cлушала про Афганистан и плакала, но Аля не меняла своего решения и Денис перестал у них бывать.
После возвращения из армии Родион захотел познакомиться с Алиными родителями. Аля долго ему отказывала, поскольку зная своего отца, она представляла, какой скандал ее ожидает. Но Родион обижался, дул губки и устраивал бойкоты и как только Аля пыталась думать стоит ли игра свеч, он внезапно делает ей предложение.
По словам мамы это было «жутко романтично». Они пошли в поход на гору и под сияющие огни лежащего внизу ночного города, он вдел ей в уши серебряные серьги в форме лилий, поцеловал и предложил пожениться. Она не сказала ему да. Что-то ей мешало. Позже мама объяснила это себе страхом перед Александром, но как-то она сказала, что было все «слишком гладко, так не бывает».
Она замкнулась. И тут он пустил в ход «тяжелую артиллерию». Включив, как они это умеют, на полную мощность свое обаяние, он заявился к родителям Али сияющий и бесподобный, и представился, мол, я Родион, люблю обожаю Вашу дочь, жить без нее не могу, да, давно уже встречаемся, да, боялся, что не примете, да, служил, нет, cпасибо, я не пью, ой, кто это у Вас тут, собачка, ой какая прелесть,да, спасибо я вот сюда присяду, Алечка, ну что ж ты так боялась-то, какие милые люди!
Вот так Родион проник в дом Али и тем же вечером Сабина говорила ей «ах, какой парень!красивый, крепкий, умный и непьющий! Соглашайся скорее!». Александр молчал, что следовало рассматривать как наивысшую толерантность к татарам, на какую он вообще был способен, правда волшебным образом Аля все равно на всю жизнь останется виноватой перед Александром в том, что не вышла замуж за немца, но каким-то непостижимым образом Родион будет восприниматься им как «нормальный мужик» и что-то мне подсказывает, что под маской фашизма Александр прятал обыкновенную мизогинию и тяжелой формы патриархат головного мозга.
Она вышла за него замуж. Ловушка захлопнулась.
Был советский союз и снять жилье было ужасно сложно, но после долгих поисков, Аля находит маленькую холодную комнатку в доме у пожилой женщины и они поселяются туда. Они оба учатся и работают и все вроде бы неплохо, но начинаются недомолвки и обидки и вот такие перлы:
- «семья без детей не семья»
- «ты все время недовольна»
- «если я захочу, все твои подружки будут моими»
- «женской дружбы не бывает, чтобы я их больше здесь не видел»
Он начинает ей изменять (или намеренно врать, что изменяет) — запах незнакомых духов, якобы задержки на работе, удивленные глаза «ачотакова!» и «ты как всегда преувеличиваешь, проверь щитовидку».
Аля узнает, что ждет ребенка и радостно сообщает ему эту новость, он реагирует кривой улыбкой «ну наконееец-то!». Из-за нервного истощения у Али случается выкидыш и первое, что она слышит после возвращения домой из больницы: «ты даже ребенка выносить не можешь» и « кругом полно нормальных баб».
Аля начинает «разваливаться по кускам», ночью у нее случаются приступы удушья, сходят с ума гормоны, ей вырезают аппендицит, c ней случается тяжелый бронхит, который переходит в хроническую форму, вьющиеся волосы становятся прямыми и выпадают, она худеет и все делают ей комплименты по этому поводу, но на самом деле она просто не ест, потому что его величество не любит «толстых баб» и потому что «ниче не делаешь, а жрешь!».
Нет, он ее не бил, еще не бил. Аля совершает первую попытку обращения за помощью. Она убегает к родителям и рыдает, просит разрешения вернуться домой. Cабина плачет и принимает дочь, Александр как обычно орет. Вскоре припрыгивает Родион-сияющий мальчик, красавец-молодец-блестящий с глазами на мокром месте «ой повздорил, c кем не бывает», «ах, ребенка потеряли». Cтрадание, раскаяние, успокоение и вот уже Алю выпроваживают из родительского дома с репутацией впечатлительной, слишком чувствительной, ранимой и слабой.
Минуточку. Это Аля-то ранимая и слабая? Та Аля, которую всю ее жизнь называли «сухарем», которую упрекали в холодности и скрытности?!
Сразу после моего рождения я оказалась в доме малютки, я не знаю, почему я там оказалась, но мама приходила ко мне несколько раз в месяц и когда мне был годик, забрала меня оттуда. Родион тогда устроился на работу на север и очень редко появлялся дома.
Мои первые ощущения от матери — потерянная и испуганная. У нее был такой взгляд, словно она не здесь. Когда отца не было дома, было тихо и спокойно, мама читала, кошка спала у нее на коленях, я строила кубики на полу.
Однажды перед его приездом она вдруг резко стала собирать меня, сказала, что мы уходим к бабушке Сабине. Когда мы пришли к ней, случилась ссора. Аля кричала, что больше так не может, что она устала, в ответ, бабушка стала ее упрекать в том, что у нее чудесный муж и ребенок, а она просто с жиру бесится и не ценит то, что имеет. В итоге нас накормили блинами и отправили домой, бабушке Аля больше ничего не сказала. Когда мы пришли домой, Аля села на пол в большой комнате и стала раскачиваться и выть: «за что мне это, за что».
Мы с кошкой не знали, что делать, кажется, я пыталась обнять Алю и тоже плакала. Там же на полу мы и уснули. Вскоре заявился «папуля», румяный, c жвачками и радостно так сказал, что его уволили. В его увольнении оказалось виновато «тяжелое сейчас время», вот только 90е прошли, а Родион на работу так никогда и не вышел.
C этого его приезда начался ад. Алю он игнорировал, разговаривал только иногда со мной и с кошкой. Поселился он на кухне. Он сидел там пил и разговаривал сам с собой, часто с кухни слышалась ругань. Аля много раз приходила поговорить с ним о том, что же все-таки происходит, но в ответ только слышала «пошла на х*й сука», «это все из-за тебя сука», когда мама не реагировала на оскорбления и настаивала, он, зная ее больные точки, говорил ей «ты что, что хочешь, чтобы я тебя ударил, да?»
После этого Аля убегала в мою комнату, ее трясло. Я не знаю, сколько это продолжалось по времени, но пил он довольно долго. Мы не могли нормально есть, ходить в туалет и мыться, все это мы делали перебежками. Когда мы попадались ему на глаза , он нависал над нами, злобно смотрел и оскорблял. Тогда я на всю жизнь запомнила следующее:
- он нас ненавидит
- дальше будет хуже
- он прекрасно себя контролирует
Мама врезала в дверь моей комнаты замок и поздно ночью, когда он засыпал, пробиралась на кухню, что-то готовила, будила меня, мы ели и мылись, боясь издавать звуки. Картинка того времени: сидящая на полу в грязной белой в голубой цветочек ночнушке Аля с заплаканным лицом. Она отслеживала малейшие звуки из кухни, я — малейшее изменение ее лица и настроения.
А потом Аля психанула. Как-то утром я проснулась из-за шума кастрюль, который раздавался из кухни. Я оглянулась, мамы в комнате не было и у меня от ужаса онемели ноги, пока я так сидела, услышала очень резкий громкий Алин голос. Она говорила, чтобы он проваливал с кухни, что мы не мыши и что она будет готовить сегодня завтрак. Я выбежала на кухню и увидела, что он замахивается на нее кулаком, но не бьет, а пугает. Я закричала «моя мама!». Наверное мне казалось, что я супергероиня, ведь он опустил кулак и выбежал из квартиры. Мы позавтракали и стали убирать квартиру.
У нас заканчивались деньги и Аля нашла работу. Она по многу часов работала в теплице, собирала, а потом ехала продавать огурцы. Я пошла в детский сад. Маму я видела очень редко, забирала из садика меня в основном бабушка.
Родион все пил, правда, я не знаю откуда он брал деньги, скорее весего у своего отца. В те дни, когда у него не было выпивки, он мог начать бить меня или разбудить нас ночью своими оскорблениями. Аля в те дни жила на пределе своих возможностей, у нее появились тики и ее часто трясло. Чудовище часто щипало и толкало ее, но Аля уже не реагировала, будто ее тело здесь, а сама она где-то далеко. Все, что она хотела — это спать.
Однажды ночью я слышала, как Аля плакала, он насиловал ее.
Когда он изнасиловал меня, мне было пять. Мать была на работе и он не был пьян, но когда он не пил, он был еще злобнее. Было дико больно и была кровь, моя память на довольно долгое время вытеснила этот эпизод, но я всегда знала, что это было отчасти из-за того, что я видела и слышала изнасилование Али, отчасти оттого, что я обратилась за помощью. Вернее, попыталась это сделать.
В детском саду была одна воспитательница, которая мне очень нравилась и я отвела ее в беседку и молча показала ей трусы, она очень испугалась, но обняла меня и гладила по голове. Видимо она связалась с моей матерью, потому что вскоре Аля пришла и мы пошли домой. Аля как-то странно себя вела, она ничего мне не сказала и мы шли молча.
Когда мы пошли через парк я сказала, что мне нужно ей что-то показать и я сняла трусы. Глаза мамы стали огромными, она упала на колени, стала трясти меня за плечи и кричать «что это, что это», она очень долго это повторяла, глядя на меня этим страшным взглядом. Потом она упала, но тут же встала и велела мне, бесстыднице, надеть трусы. Я оделась и сказала ей «это он». Я всегда его называла «он», никак иначе.
Она залепила мне пощечину, повернулась и шатаясь, стала уходить. Я стала плакать, я кричала «Алечка стой! Алечка, не уходи!». В какой-то момент она повернулась ко мне лицом и я пошла к ней. Она взяла меня за руку, ее трясло, я все повторяла «не уходи». Во мне поселился ужас оттого, что я теряю ее, оттого, что она предает меня, ее взгляд пугал меня.
Родиона дома не оказалось. Мать приготовила какой-то раствор и велела мне подмыться. Внезапно в дверь позвонили, это была тетя Гузель, жена брата отца с моим двоюродным братиком Артемом, которого я очень любила и они принесли арбуз.
Артем просил меня поскорее выйти из туалета, а я тогда впервые после инцеста, заплакала. Слезы душили меня, почему-то их приход и арбуз меня очень поддержали. Тихо поплакав, я вышла и улыбалась братику и тете, потому что любила их и потому что несмотря ни на что мне хотелось попробовать арбуз и обнять братика. Когда я обнимала его, я дала себе слово, что я справлюсь с этим кошмаром и буду защищать братика. Аля тоже улыбалась глядя на нас фальшивой улыбкой и была очень тихой и напряженной.
Когда гости ушли и я стала ластиться к ней, ее руки безжизненно и тяжело лежали на мне, меня не покидало ощущение того, что мама неживая.
Она тихо сказала мне «Никогда не называй меня Алей. Ее больше нет».Я была удивлена и испугана, как это нет Али, а как тогда тебя называть, мою маму вcе называли только «Аля» или «Алечка». Она похлопала меня по спине своей тяжелой рукой и уложила спать. Сквозь полудрему я слышала, как она звонила кому-то и говорила, что «ребенок в ужасном состоянии» и говорила, что ей нужны деньги, что меня нужно в школу собирать. Я очень хотела в школу и уже умела читать и эта мысль вселила в меня надежду. Засыпая я думала, что Алечка со мной.
Насильник на этой неделе так и не пришел.
Я ошиблась. Алечки и вправду больше не было. Появилась Алла, мой домашний вариант снежной королевы. Алла не плакала и не позволяла мне, она не выгнала Родиона, она во всем винила алкоголь и меня, и была неадекватной — как-то раз я сказала ей, что она может развестись с мучителем, ведь квартира наша, а не его и мы можем просто выгнать его, пусть он идет к своему отцу, у того трехкомнатная квартира была, но Алла лишь шикнула на меня «хочешь меня развести с ним, маленькая дрянь, не получится». Тогда я совершенно точно убедилась, что Алечки больше нет, да и была ли она, настолько сильной была перемена, произошедшая в ней, она могла меня ударить, если я называла ее по привычке Алечкой, а не Аллой.
15 лет я пыталась поговорить с ней об инцесте, о том, почему меня мучают кошмары, почему я вижу повторяющиеся картинки, почему я слышу голос, но не вижу картинку, а когда однажды увижу ее - у меня откажут ноги, потому что он держал меня за них и они онемели, о том, что гинеколог сказала мне о шраме — последнем нехватающем пазле в моей голове.
Каждый раз Алла будет делать вид, что не слышит меня, говорить мне, что я фантазерка, ведь я вечно придумываю разные истории, вот и эту придумала, ага, мам, пятилетняя ребенка в свободное от игр время только и делает, что придумывает истории о педофилии с ее участием. В конце концов я ее достану и она в 18 лет мне скажет «ты упертая как осел и злопамятнаяя как черт». Да, возможно так и есть, я была не удобна для тебя, ведь я «слишком много говорила и слишком много думала».
Алла давала мне такие установки:
- «не приcлушивайся к себе, ипохондрик» - нет, нога и правда не ходит
- «ты упертая, ну и настрадаешься же ты с таким характером» - нет, cтрадаешь ты
- «будь умнее» - это когда меня обижали в школе
- «хватит так много читать, больно умная будешь» - эмм, что?
- «красота требует жертв, что ты ходишь как урод» - нет не требует нет не урод.
- «безрукая бестолочь» - нет толковая и рукастая
- «они хотят тебя использовать» - о подругах — нет не хотят
Мне приходилось бубнить себе под нос вторую часть этих мантр, чтобы хоть как-то отстраниться от нее. Это помогло мне вырвать Алю из сердца, на долгие 15 лет, пытаться не вставать на ее сторону, не позволять ей психологический инцест, каждый день ставить границы и вести военные действия.
Сейчас я могу вспомнить Алю, но тогда я даже запретила себе думать о «хорошей маме». Какая бы не была она хорошая тогда, это я была маленькой, а она большой, это она должна была защитить или по крайней мере не добивать, но она этого не сделала.
Сейчас к Алле чувствую отвращение, долгое время была только злость. Помогло мне то, что мама разделилась, расщепилась, т.е перемена в ней была настолько резкой и яркой, что я каким-то образом смогла любить Алю, но бояться и ненавидеть Аллу и сепарироваться от нее. Вот эта внутренняя сепарация мне очень помогла не вестись на ее манипуляции, когда я решила уйти из дома.
Это было очень тяжело, потому что она говорила, что я бросаю ее одну и умоляла приезжать, но я чувствовала, что в этих словах нет и не может быть любви, я была мясом, которое можно было бросать хищнику, что бы он ее не трогал, это было отвратительно. Но я не мясо и когда навсегда отказалась им быть, от Аллы полетели такие проклятия, что я раздолбала телефон об стену и больше никогда с ней не виделась и не разговаривала.
Она вот уже семь лет обо мне не вспоминает. Моя знакомая из родного города говорит, что они переехали оттуда, они пытались делать вид, что меня не существует, придумывали разные чудесные истории для соседей и знакомых, одна красочнее другой, то я в Ярославле в монастыре, то я в Москве и замужем. Большинство людей им не поверило и они оказались в изоляции, как когда-то пытались изолировать меня. Меня искали ученики, искали их родители, некоторые коллеги, соседки, которым я помогала. Эти контакты были скрыты от моих родителей, думаю что они были в бешенстве, когда узнали со сколькими людьми я на самом деле общалась. Думаю, что они действительно считали меня рабыней, которой можно приказывать и видимо действительно (кошмар!) всерьез думали, что я выполню их распоряжения?
(Окончание в следующем посте)
среда, апреля 26 2017
Кем ttank в среда, апреля 26 2017, 12:09 - Истории читателей
В комментариях к истории "Сложный характер" моего папы (http://tanja-tank.livejournal.com/78095.html?page=2#comments) возникло множество вопросов о матери героини — что же она переживала в этих отношениях, почему не ушла, не защитила детей, не попыталась спасти ситуацию?
Мнения разделились, кто-то сочувствовал женщине как жертве психопата-мужа, кто-то, наоборот, утверждал, что она виновата в своем подыгрывании злу.
четверг, февраля 9 2017
Кем ttank в четверг, февраля 9 2017, 14:45
Есть ли разница в отношении нарциссов к старшим и к младшим братьям/сестрам? Он конкурирует только с младшими или со всеми?
Поначалу нарцисс воспринимает своих братьев и сестер как угрозу его нарциссическому ресурсу, к примеру, в получении внимания матери. Они вторгаются на его территорию и вмешиваются в патологическое нарциссическое пространство. Нарцисс сделает все возможное, чтобы унизить их, нанести вред (даже физически) и оскорбить их и затем, когда эти реакции окажутся неэффективными или контрпродуктивными, он отступает в вымышленный мир всемогущества. В период эмоционального отсутствия и отчужденности.
Потерпев неудачу в получении ресурса, нарцисс продолжает потворствовать себе в фантазиях, мании величия, планировании будущих переворотов, ностальгии и страдании (синдром потерянного рая). Нарцисс реагирует таким образом и на рождение своих детей или на другие нововведения семьи (даже на новое домашнее животное).
Нарцисс назначает врагом любого, с кем находится в соревновании за дефицитный нарциссический ресурс. Где раскованное проявление агрессии и неприязни затруднено, незаконно или невозможно - нарцисс предпочитает держаться подальше. Вместо того, чтобы нападать на отпрысков или братьев и сестер, он иногда немедленно отключается, отделяет себя эмоционально, становится холодным и незаинтересованным или направляет преобразованный гнев на свою подругу или родителей (более законные мишени).
Другие нарциссы видят возможность в "инциденте". Они стремятся манипулировать родителями (или подругой), захватив над новичком власть. Такие нарциссы монополизируют своих братьев и сестер или новорожденного. В этом случае, косвенно, они пользуются вниманием, направленным на младенцев. Брат, сестра или отпрыск становятся замещающим источником нарциссического ресурса и марионеткой для нарцисса.
Например, будучи тесно идентифицированным со своим потомством, нарциссичному отцу гарантировано восхищение матери ("Что за выдающийся отец/брат!"). Он также берет на себя частично или полностью лавры за достижения ребенка или братьев и сестер. Это процесс присоединения и освоения другого, стратегия, которую нарцисс использует в большинстве своих взаимосвязей.
Как только брат, сестра или его ребенок взрослеют, нарцисс начинает видеть их потенциал быть полезным, надежным и удовлетворительным источником нарциссического ресурса. Его отношение поэтому полностью меняется. Представляющие опасность ранее - они становятся многообещающими возможностями. Он выращивает тех, кто видится наиболее перспективным. Часто он приучает их к соревнованию, ксенофобии, сектантству и оборонительной или даже параноидальной позиции.
Как изгнать нарциссическую (и завистливую) мать из жизни ее несчастной дочери? Вернее, дочь не хочет сама. Она финансово помогает матери, которая, кроме зла, ничего ей не дала.
Нарциссичная мать помешана на контроле и нелегко отказывается от хорошего и надежного источника нарциссического ресурса (восхищения, лести, внимания любого рода). Это роль ее детей - пополнять этот запас, дети обязаны ей это. Чтобы быть уверенной в том, что ребенок не выстроит границы и не станет независимым или автономным, нарциссичный родитель контролирует каждый шаг ребенка и поощряет зависимое и инфантильное поведение своего потомства.
Такой родитель подкупает ребенка (предлагая бесплатное жилье или финансовую поддержку, или "помощь" с повседневными обязанностями) или шантажирует эмоционально (постоянно требуя помощь и навязывая работу по дому, представляясь больным или неспособным) или даже угрожает ребенку (например, лишить наследства, если он не подчинится родительским требованиям).
Нарциссичная мать также сделает все, чтобы отпугнуть любого, кто может расстроить этот симбиоз или угрожать иначе этому негласному договору. Она саботирует любые отношения, которые начинает ее ребенок, при помощи лжи, обмана и презрения.
Нарциссичные родители отказываются признавать и принимать личную автономию и границы своих детей. Они рассматривают их как вознаграждение и расширение себя. Их любовь обусловлена успехами детей и тем, насколько хорошо они удовлетворяют потребности, желания и приоритетные задачи родителя.
Соответственно, нарциссичные родители колеблются между навязчивым эмоциональным шантажом в поисках внимания, лести и выполнения обязательств ребенка (известных как нарциссический ресурс) и железным обесцениванием и бойкотом, когда они хотят наказать ребенка за отказ ходить по струнке.
Такие непостоянство и непредсказуемость делают ребенка неуверенным и зависимым. Создавая отношения в зрелом возрасте, такие дети чувствуют, что им нужно зарабатывать каждую порцию любви; что их мгновенно бросят, если они не будут "соответствовать"; что их основная роль - "заботиться" о супруге, приятеле, партнере или друге; и что они менее ценные, одаренные, квалифицированные и достойные, чем их значимые другие.
Дети нарциссичных родителей адаптированны к болезни; их личность негибкая и они склонны к разворачиванию механизмов психологической защиты. Как следствие, они демонстрируют такое же поведение в отношениях, от начала и до конца, вне зависимости от изменяющихся обстоятельств.
Как и взрослые, потомство нарциссов склонно сохранять первичные патологические отношения (со своими нарциссами-родителями). Они зависят от других людей в эмоциональном удовлетворении, работе эго или выполнении обязанностей. Они - нуждающиеся, требовательные и сабмиссивные. Они боятся быть оставленными и демонстрируют незрелое поведение в своих усилиях поддерживать "отношения" со своими спутниками или приятелями, от которых они зависят. Неважно, какое злоупотребление имеет место - они все равно остаются в отношениях. С готовностью становясь жертвами, зависимые хотят контролировать своих абьюзеров.
Некоторые из них становятся инвертированными нарциссами. Также их называют "тайными нарциссами". Они зависят исключительно от нарциссов. Если вы живете с нарциссом, имеете отношения с ним, если вы замужем за нарциссом, если вы работаете с нарциссом - это не значит, что вы инвертированный нарцисс.
Чтобы быть инвертированным нарциссом, вы должны жаждать быть в отношениях с нарциссом, независимо от причиненного им/ею насилия. Вы должны активно стремиться к отношениям с нарциссами и только с нарциссами, не важно, насколько горьким и травматичным был ваш опыт. Вы должны чувствовать себя пустыми и несчастными в отношениях с любыми другими людьми. Только тогда (и если вы удовлетворяете другим критериям зависимого устройства личности) вас можно спокойно назвать инвертированным нарциссом.
Незначительное меньшинство оказывается нарциссами, подражая и имитируя черты и поведение своих родителей. Эмоции и потребности этих детей нарциссов погребены под шрамами, которые тот или иной вид абьюза сформировали, объединили и закрепили за годы. Мания величия, чувство, что мне все должны, отсутствие сочувствия и самонадеянное высокомерие обычно скрывают гложущее чувство небезопасности и колеблющееся чувство собственного достоинства.
Волнуют ли нарцисса болезни и смерть его близких? Иногда кажется, будто он не верит или даже не слышит об этом. Может ли это быть правдой? Или он переживает только о смерти тех, кто был ему авторитетом, и теперь он чувствует себя свободным от установленных ими правил?
Нарциссов очень беспокоит потеря источников нарциссического ресурса, являются они членами семьи или нет. У них нет никаких эмоциональных реакций на потерю кого-либо, кто не является поставщиком нарциссического ресурса, является он членом семьи или нет. Есть одно исключение: нарцисс владеет родителями.
В бесполезной попытке закрыться нарцисс продолжает воспроизводить на протяжении сознательной жизни конфликты раннего детства со своими родителями, которые также являются важными источниками нарциссического ресурса. Разумеется, у нарцисса - противоречивые реакции на уход родителей. Они состоят из радости и ощущения свободы - но и горя. Нарцисс соединен со своими родителями таким же образом, как заложник связан с похитителями (стокгольмский синдром), измученный - со своими мучителями, заключенный - с надзирателями. Когда рабство прекращается, нарцисс ощущает себя потерянным и освобожденным, в печали и эйфории, истощенным, но правомочным.
Нарцисс делит близких на солнышек и козлов отпущения просто, чтобы распроецировать свою разделенную личность, или чтобы контролировать их через "разделяй и властвуй"?
Иногда нарциссичный родитель использует отпрыска как козла отпущения, оскорбляя и издеваясь над ним, чтобы подкупить "золотого" ребенка. Родитель таким образом гарантирует привязанность, сближение и преданность другого. Паршивая овца нужна для обеспечения золотого ребенка, для удовлетворения всех его потребностей, для отказа от имущества и дохода в пользу привилегированного и предпочтительного брата или сестры.
Такая дискриминация исходит из ожидаемого расщепления нарциссичного родителя - сочетания двух защитных психологических механизмов (проекция и расщепление).
Расщепление - примитивный защитный механизм. Он подразумевает неспособность интегрировать противоречивые качества, поведение и атрибуты одного объекта в согласованную картину. Нарцисс рассматривает окружающих либо плохими, либо хорошими, неисправимо черными или исключительно белыми, непримиримыми врагами или безусловными друзьями. В результате - циклы идеализации и обесценивания.
Но расщепление может также применяться и к себе. Пациенты с расстройствами личности часто фантастически идеализируют себя, однако жестоко обесценивают, ненавидят и даже причиняют себе вред во время провала или другого разочарования.
Проекция - другой механизм психологической защиты. У нас у всех есть образ, какими нам "нужно быть". Фрейд называл это Идеальным-Я. Но иногда мы сталкиваемся с эмоциями и стимулами или личными качествами, которые плохо сочетаются с этой идеальной конструкцией. Проекция - когда мы приписываем другим эти неприемлемые, смущающие и неподходящие чувства и особенности, которыми мы обладаем. Этим способом мы отрицаем эти противоречивые черты и обеспечиваем право критиковать и отчитывать других за то, что они демонстрируют их.
Нарциссичный родитель расщепляет свою личность на хорошие и плохие черты, качества и аспекты. Он или она проецирует свои хорошие качества, или те, которые находит подходящими или даже желательными, на золотого ребенка, который затем олицетворяет их, расширяя родительскую грандиозность.
И наоборот, те качества и особенности, которые нарциссичный родитель находит неподходящими, плохими, отвергаемыми, вызывающими стыд, проецируются на "крайнего" ребенка, козла отпущения семьи, отвергаемого, кто оказывается постоянным напоминанием о родительских недостатках, вызовом его фантастической самоидентификации и вследствие этого постоянной нарциссической травмой.
Такие формирующиеся функции - козла отпущения и "солнышка" - обычно (но не всегда) сохраняются в течение родительской жизни и даже передаются по наследству внукам.
пятница, августа 26 2016
Кем ttank в пятница, августа 26 2016, 11:03 - Истории читателей
Остроумная зарисовка читательницы про токсичный офис. Все это было было бы смешно, когда бы не было так грустно...
Обратите внимание на симбиозы хищников и "переворачивания" инвертированных нарциссов, попадающих в "верхнюю" позицию.
"После юридической магистратуры я слегла с нервным срывом. Врач велел «не заниматься тем, что не нравится». Так как я всегда любила писать, то пошла стажёром-копирайтером в престижное международное рекламное агентство. За некоторое время до окончания стажировки я повесила своё резюме на хэдхантер, и сразу же получила звонок из другого агентства. Меня пригласили на собеседование.
Мне без опыта не показалось подозрительным, что я никуда не писала, а меня добиваются сами. Мне это польстило – ведь у меня в анамнезе элитный вуз, крутая стажировка, знаю несколько иностранных языков…
Я приехала в приятный лофт-офис в центре Москвы, поговорила с полной, ухоженной эйчар-директоршей и модненьким старшим стратегом, который должен был быть моим начальником. Мне дали тестовое задание, и после того, как я его им отправила, нахваливали мой «продающий, вкусный рекламный слог». Через 2 недели я вышла туда на работу.
Сразу же началось веселье. Задания мне давались ни много, ни мало матом - в лучшем случае говорили «Подх…яривай!». Вокруг постоянно стоял непрекращающийся ор и матершина. Эксцентричный «директор по развитию», размахивая маркером у доски орал, как они «вы…бут в жопу этих конкурентов», несмотря на то, что в том же кабинете сотрудники пытались говорить с клиентами по телефону. Я думала, что должна быть стрессоустойчивой и не обращать на это внимания.
Как-то интуитивно я сразу начала тише говорить и бледнее одеваться, здесь мне справедливо казалось, что лучше сидеть и не высовываться. Я всё ещё лечилась от нервного срыва. Кроме того, неплохо меня спасал замкнутый характер. А то бы я разделила судьбу тамошнего младшего медиапланера.
Она работала под начальством неприятной, блёклой девицы и вела себя очень... привлекательно? провоцирующе? магнетически?) для нарциссов: элегантно одевалась, громко разговаривала, в досужее время могла начинать громко петь или смеяться. Когда она уходила, начальствующие сотрудники, в том числе, и мой шеф, начинали рассказывать про неё небылицы, суть которых сводилась к тому, что она «шлюха».
Я не интересовалась сплетнями, но на новогоднем корпоративе пьяноватый коллежка из отдела продаж подсел ко мне и рассказал, как он «трахал шлюху-медиапланера». Судя по всему, рассказывал он это всем.
Позже «шлюха» поведала мне, как она уволилась. Она пошла просить повышения. Полная кадровичка (та самая, с моего собеседования) и её начальница в ответ на просьбу повысить ей оклад на 5 тысяч выкатили ей тонну претензий. Она не так себя вела, тон голоса, взгляд и осанка были не те, четыре раза она на 1-5-10 минут просрочила сдачу плана, и вообще она распространяется о своей личной жизни. «Ну мы всё понимаем, - сказала кадровичка, - мы тоже не в парандже тут ходим. Но это слишком. Ты шлюха». Да, кадровик называла сотрудницу «шлюхой». В тот же день рыдающая медиапланер написала заявление об увольнении.
О кадровиках. Их было пятеро, состав постоянно менялся. Неизменными оставались только HR-директорша и её дружок-коллега, постоянно торчавший в курилке и подслушивающий чужие разговоры.
В компании работало от 30 до 40 человек, количество постоянно варьировалось из-за постоянной текучки. Некоторые люди приходили на места каких-нибудь менеджеров по продажам, обалдевали от происходящего в течение пары-тройки часов, и сбегали. Полная кадровичка работала без устали. Она умудрялась не только регулярно заманивать на интервью новых кандидатов, но и выслушивать все сплетни, пользуясь ими в своих интересах. Она работала там с самого первого дня существования конторы и, казалось, была одной из тех, кто установил там правила выживания.
Я продержалась там три с половиной месяца. В первый же месяц я увеличила количество стабилизаторов – стала пить по полторы таблетки вместо одной. Кажется, моё состояние заметили коллеги (часть таблеток я держала в столе) и поддразнивали меня «психопаткой». В целом, мне удавалось сохранять статус безобидной, малоразговорчивой странноватой «сычихи», что очень хорошо подходило к творческому работнику. Меня трогали меньше, чем других.
Не бежала из откровенно токсичного коллектива по той причине, что у меня очень хорошо пополнялось творческое портфолио: у конторы не было даже сайта, и у меня было много действительно интересной работы, несмотря на все помехи со стороны начальника.
Начальник был фигурой весьма карикатурной. Одевался он в лучших традициях провинциального щёголя с претензией на интеллектуальность, но тем не менее, после каждых выходных громко рассказывал всему офису, как он «порол» очередную «тёлку». Постоянно зависал в тиндере и демонстрировал мне переписки с «сучками», которых ему удалось развести на секс.
Он был всего на два года старше меня, и это была его первая руководящая должность. Он закончил какой-то коммерческий университет, толком не умел ничего, даже писать по-русски (это, собственно, можно было сказать о большинстве тамошних постоянных, не подверженных текучке сотрудников). Моё образование его страшно бесило, мои умения постоянно подвергались сомнениям, даже моё владение английским языком, хотя я была единственной в конторе, кто владел им. На каждое «да» или «хорошо» он вставлял своё «но».
Это он делал не как старшие коллеги со стажировке, которые хотели меня научить. Этот обесценивал, принижал мои способности. Ведь под маской разухабистой хамовитости шеф скрывал под собой ранимое пугливое существо, трясущееся перед вчерашней стажёркой. Он активно швырялся словами вроде «коворкинг», «арт-кластер», «стартап», но стоило его разок подловить на незнании значения, выставив тем самым на смех перед коллегами, меня мигом оштрафовали за «неправильный» шрифт в презентации.
Штрафы валились постоянно - ведь зарплата была «серой». Из своих 30 тысяч я полную сумму не получила ни разу - всегда находились проколы вроде опоздания на 5 минут или «неправильных» шрифтов.
В конторе был развит институт крысятничества. Он затягивал даже таких бессловесных и отстранённых товарищей, как я. Аккаунт-менеджер К. разговаривала елейным голосом и любила называть всех «котиками». Однажды она спросила меня, чем занимаюсь я, а чем - мой начальник. Я описала ей свои обязанности, а чем в точности занимается начальник - я не знаю, как ей и сказала.
На следующий день с утра же меня вызвал в переговорку начальник. Посадив перед собой, он спросил: «Какого хера ты всем ходишь и п..дишь, что я тут них…я не делаю, а ты делаешь за меня всю работу?» Я, разумеется, ответила, что ничего такого я не говорю, на что мне посоветовали перестать «смотреть на меня как на идиота». Далее продолжилась тирада о том, что «ты, конечно, облегчаешь мне работу на 20%, но если твой п…дёж дойдёт до высшего руководства, пеняй на себя».
Не знаю, кстати, на сколько процентов я облегчала ему работу, ведь я каждый день сидела до 10-11 ночи, вкалывая как проклятая (и это при том, что у меня, в виду привычек, выработанных сложным университетом, высокая производительность), пока мальчик прохлаждался в курилке и на кухне. После этого я долго терпела невыносимое отношение, из которого следовало, что я – бездарное, ленивое, неблагодарное ничтожество. Принцип сломанного телефона я поняла и вообще стала редко говорить что-то, кроме «привет» и «пока».
Мне было очень одиноко и страшно тяжело. Даже при моей малой общительности я страдала от одиночества, постоянно была какая-то тревога. Хотя таблетки были сильные и наладили сон, настроение они не могли поправить. Я – образованная, трудолюбивая девка – чувствовала себя ничтожеством. И болезнь была тут не при чём. Коллектив травил меня просто одним своим существованием.
Их разговоры, волны грязи и негатива, которые они ежесекундно лили друг на друга, словно обливали меня с ног до головы, и я не могла отвлечься ничем. Я постоянно думала о работе. Мне постоянно казалось, что я где-то ошиблась. Ночью я засыпала с мыслью о том, не сделала ли я «неправильный» шрифт в той или иной презентации.
Хотя, по сравнению с многими, я практически не пострадала. Например, ассистента директора по развитию за какую-то провинность оштрафовали на неимоверную сумму и вышвырнули пинком, отдав ей только белую часть ЗП, которая в том году составляла 15 т.р. Регулярно «кидали» и работников, и подрядчиков, после увольнения не выплачивали отпускные.
Но самая феерия была наверху.
Владелец рекламного агентства, одиозный мопсообразный толстячок не значился ни в каких документах, но схвачено у него было всё – «за яйца», как он выражался.
Все проекты конторы были целиком и полностью «откатные», как я узнала это позже от уволившейся менеджерши. Капризных клиентов «мопс» шантажировал откатами.
В коллективе он вёл себя не лучше. Финдиректор, худая девочка 22 лет, не знавшая, что такое «маржа», была очень удобна и полезна. Во-первых, у неё была целая сеть разведки (помним об институте крысятничества), во-вторых, она без вопросов и возражений подписывала любые бумаги, а в-третьих...
Кухня была отгорожена от комнаты отдыха директоров толстой бархатной шторой. И порой, наливая себе кофе, можно было услышать, чем занимаются «мопс» и финдиректорша за шторкой. Собственно, это никем никогда не скрывалось. На фоне остальной дикости это воспринималось почти без недоумения.
Девочка-финдиректорша терпела от любовника мат и оскорбления, проглатывала их за подарки и поездки. В целом, она абсолютно ничем не отличалась от тамошней фауны.
Офис-менеджер И. была её ручной доносчицей и девочкой на побегушках. Однажды я увидела, как И. рыдает, а вокруг неё собрались коллеги. Кто-то вызвал скорую, потому что рыдала И. два часа подряд.
Дело было как раз после новогоднего корпоратива в Турции, куда я предусмотрительно не поехала. Иерархия со всеми её уродствами сохранялась и на «отдыхе». Оказалось, что «мопс» и финдиректорша растолкали И. в 4 утра и отправили к барыгам – им, вишь ты, под алкоголь захотелось и иных веществ. И офис-менеджер услужливо пошла, не посмев им отказать.
По возвращении в Москву она вместо благодарности начала получать регулярные насмешки «хозяйки». Последней каплей стала шутка вроде «ты моя рабыня, моя вещь, чё хочу с тобой, то и делаю». После истерики финдиректорша её уволила.
За всё время моей работы там я наблюдала 3 драки. В одну пятницу нетрезвый сотрудник полез к кадровичке. Она отказала ему посредством классного хука. Ему не понравилось, и он схватил её за волосы и потащил по офису. Набежали мужики и разняли. А я в это время вкалывала, как будто ничего и не происходило.
После третьей драки я уволилась. Родственники, которые меня сначала осуждали за «высокомерие», потому что я называла контору «быдлятником», после моих многочисленных рассказов и ввиду моего измождённого вида всё-таки согласились, что лучше сидеть без работы, чем мучиться в таком месте.
Я удивляюсь, что, несмотря на уязвимое психическое состояние, мне удалось вынырнуть из этого ведра с крабами почти что невредимой и даже закалённой. Чудо, но напоследок мне предложили составить «рекомендательное письмо о том, какой ты талантливый и креативный копирайтер». Я отказалась и сбежала оттуда, страшно радостная, что на меня не затаил зла никто из этого змеиного клубка.
« предыдущие записи - страница 1 из 2